http://forumfiles.ru/files/0018/26/1d/37002.css
http://forumfiles.ru/files/0018/26/1d/17670.css
http://forumfiles.ru/files/0018/26/1d/34317.css
http://forumfiles.ru/files/0018/26/1d/47855.css
http://forumfiles.ru/files/0018/26/1d/16828.css
http://forumfiles.ru/files/0017/ef/32/81801.css
http://forumfiles.ru/styles/0017/ef/32/style.1536070455.css
У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается

Наруто: печать времени

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Наруто: печать времени » Территории стран » Страна Волка: "Финальный поклон Кумико"


Страна Волка: "Финальный поклон Кумико"

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Финальный поклон Кумико
Место, время, условия:  Киригакуре ---> о. Хонмё (восточный остров Мидзу но Куни) ---> залив Сидзунай (на стыке стран Волка и Неба), усадьба Кодама.  8 марта,  +7 | 0-2, облачно, моросит; ближе к С. Волка - прохладнее, но солнечно.
Участники:  Ринго Амеюри, Касуми Арата, позже - ГМ (Кодама Тёбей)
Статус эпизода:  закрытый.

       Кодама Тёбэй, глава преступной группировки из Страны Волка, прибегнув к обману, не возвращает долговые расписки Асакуре Хисао, хозяину железных шахт на острове Хонмё, некогда задолжавшему преступнику приличную сумму. И хотя Хисао погасил свой долг уже довольно давно, с помощью угроз и насилия Тёбэй вынуждает его заключить новое соглашение, по которому расписки будут возвращены, да и жизнь Асакура будет вне опасности только в том случае, если он отдаст главе банды в жёны свою единственную дочь, Кумико, на которую глава преступного синдиката ещё пару лет назад положил глаз, а в качестве приданного - самую доходную из шахт.
       Оправившись от побоев, Асакура понимает, что совершил непоправимую ошибку, и просит помощи в Киригакуре, недалеко от резиденции обращая внимание на невысокую куноичи, мимоходом.
       Заручившись поддержкой Мизукаге, торговец упоминает о поразительном внешнем сходстве своей дочери с некой куноичи, благодаря чему в голове Годайме зреет новый план, как одним разом спасти дочь и состояние Хисао, а заодно – раскрыть местоположение бандитского гнезда и организовать на месте диверсию.
       На рассвете следующего дня к Касуми Арате и Асакура Хисао, поджидающим ту самую, что заменит юную Кумико, присоединяется Амеюри, и оба, хоть и про себя, но небезосновательно начинают сомневаться в успехе подмены:  улыбка и голос "невесты", не говоря уже о её диких повадках, неповторимы настолько же, насколько неискоренимы - Анбу это точно знает. Однако есть приказ: все трое отправляется на остров Хонмё, прибывая в дом хозяина железных шахт незадолго до того, как туда же от Кодама Тёбэя приезжает посланец, который должен сопровождать фальшивую невесту и её новоиспеченного брата в Страну Волка.

доп.

Кодама Тёбэй - Заказ ГМ

Кодама-гуми - преступная группировка, находящейся под защитой Чёрного солнца. Основной род деятельности: игорные дома и притоны, расположенные в разных странах, работорговля.

Дом Кодама - усадьбабанкетный зал. Месторасположение известно только приближённым; находится на вершине высокогорного плато с узкой площадкой; подход - серпантин, с другой стороны - отвесный скалистый обрыв, у подножия которого глубоководная река, впадающая в море Кайзоку.

Отредактировано Ринго Амеюри (22.08.18 01:20)

+1

2

Не передать словами, на сколько делений поднимается шкала настроения мечницы, когда дверь, ведущая в кабинет Мизукаге, остаётся позади, и на лице главнокомандующего страны Амеюри видит до боли знакомый плутоватый прищур: ясное дело, уговаривать не будет – пошлёт, но туда, где нужна именно она, бешенная гончая Киригакуре, а это спонсировало интерес тем сильней, чем больше пропитывался воздух радушием Годайме.
       Кратко зыркнув в знак приветствия на сенсора и раскрасневшегося, словно влюблённая девочка, нового хозяина Хирамекарея, Генджи – кажись, задремавшему, что ничуть не умаляло его статус и желание вошедшей выказать уважение – вполне искренний поклон одзиги, всё ж старый хрен не зря кирийскую землю почти сотню лет утрамбовывал, и сколько себя помнила Амеюри – на трёх ногах.
       — Приветствую, Мизукаге-сама! – чуть больше, чем это было необходимо, напрягла голосовые связки мечница и, встрепенувшись, Старейшина успешно вернулся в туманную реальность.
       "Так-так-так, да у нас, похоже, веселье намечается", – грубая сила – весомый аргумент: сказываются привычки, впившиеся под кожу за время жёсткого правления Йондайме, и мечница преклоняет колено. Холод мрамора пробивает плотную ткань тёмно-серых татцукэ-бакама, липнет к коже, но дерзкая ухмылка появляется на губах склонившей голову куноичи – выдернула по случаю из кладовой памяти незабвенные мрачные картины самых жестоких боёв в её жизни. Поднимается Ринго в ожидании чего-то особенного: будет ли эта миссия хотя бы вполовину похожа на те, давние, насквозь пронизанные страхом, криками боли и едким запахом обугленных тел шиноби, так и не сумевших удрать от неё? Да и помимо не сползающего с лица Мизукаге многообещающего выражения, есть от чего трепетать в предвкушении недурной заварушки: последние пару недель, проведённые на больничной койке, показались Амеюри вечностью. Стенания хлюпиков по соседству, повсюду снующие в белоснежной форме чистенькие девочки-ирьёнины, через каждые пару часов сующие с приторно-сахарными улыбочками пилюли мечнице; джонин с холёными ручонками, окружёнными светлячками исцеляющей чакры, ежедневно ровно в восемь лапающий её тело то тут, то там, диетические харчи, постельное бельё, раздражающее лёгкие дивным ароматом хлорки – от всего этого через полмесяца Ринго выворачивало наизнанку. Она давно была осведомлена о том, что зачахнет до того, как ей перевалит за тридцать, в лучшем случае – тридцать пять, и от понимания, что лимит, выделенный ей судьбой, почти исчерпан, в этот раз больница напомнила Амеюри не иначе, как тюремный блок для особо опасных в отделе пыток и допросов, выбраться из которого до недавнего времени можно было только в похоронном мешке.
       "Ну, чего там?", – в несколько шагов куноичи сокращает расстояние до стола, охотно откликаясь на призывный жест Мизукаге, и поспешно просматривает карты и документы, собранные к её приходу, покуда Теруми вводит её в курс дела. И ведь начинает, хитрюга, откуда-то с конца: падают паутинки слов – Ринго уже не отказаться от такой прогулки вдоль побережья восточного материка, и только к концу своего монолога Пятая раскрывает все карты.
       — И поскольку господин Асакура любезно сообщил нам о вашем редком сходстве, что немало всё упрощает, то Кумико останется на Хонмё – её заменишь ты.   
       "Стоп!"
       — Мей-сама?! – дурацкий смешок, сопровождающий возглас, звучит неуместно громко и вызывающе в просторном помещении, но Амеюри это не останавливает, а остальных – не спасает от заключительной части короткой тирады: – А Вам не кажется, что вот этот, – мотнув головой в сторону Чоуджуро, – подошёл бы на роль нежной химе куда лучше.
       Обладающие беспрецедентно острым слухом и боевой интуицией, мечники Тумана безошибочно определяли источник атаки в условиях низкой видимости, под прикрытием маскировочных стихийных дзюцу, да что там – могли сражаться с закрытыми глазами, избегая воздействия гендзюцу: мечница отчётливо слышит, как в глотке сенсора застревает на выдохе и клокочет порция воздуха. Распирает продолжить, чтобы помочь разрешиться обладателю бьякугана рокочущим гоготом: губы куноичи размыкаются, но пристальный взгляд Мизукаге, как кунай-перехватчик, втыкается в лицо Ринго.
       — Не кажется! – шутки в сторону – Теруми начинала злиться, а это всяко могло закончится не в пользу джонина, над которой Годайме сейчас нависла подобно цунами, и даже вуаль на её шляпе ассоциировалась у Ринго не иначе, как с шипящей пеной на гребне волны. – Сопровождающий будет на Хонмё завтра вечером, к этому времени вы должны не только добраться туда, но и подготовить всё как следует, – взгляд Теруми соскользнул с лица на волосы Амеюри, проплыл по тёмно-болотной рубахе простецкого покроя, хакама из грубой ткани, и залип на ненакрашенных ногтях на ногах, – включая тебя. Понятно?
       Зря радовалась: завтра из неё сделают тайкомоти из заезженных комедийных пьес кабуки, и ладно бы миссия предусматривала участие в ней только одного ниндзя, её, так нет же – щенка какого-то на хвост сажали. "Ксо-о!".
       — Ха-ай, Мизукаге-сама, – деланно довольно мурлычет Амеюри, понимая, что Теруми непреклонна, а другую миссию – когда ещё дождёшься, и уже через несколько минут, словно ветер, несётся в свою маленькую квартирку – сумерки давно проглотили краски дня, а рано утром на миссию.

       Предрассветный час. Синеву еле заметно разъедает первыми проблесками зари, да и те растворяются за грузными свинцовыми тучами, изо дня в день ползущими над островом, будто несметное полчище крыс – весна. Полотно картины, запечатлевшей утопающие в васильково-стальной мути деревья и подножия скальных гор на окраине какурезато, казалось бы безжизненным, если бы не изредка сбивающийся ритм перестукивающих по листве мелких редких капель дождя и еле заметное движение клубов тумана, подгоняемых слабым ветром. На одном из деревьев, справа, копошится белка, подготавливаясь к появлению первого в этом году выводка. А летом, если повезёт, в соседней долине, на том озере, поверхность которого сияла, будто расплавленное серебро, на рассвете можно будет слушать, как, приятно потрескивая, раскрываются лотосы. Амеюри слушала и слышала эти звуки, различая самый тихий аккорд в песне жизни: мастера Сайренто Кирингу знали, как скрывать свои движения за шелестом листьев, дыхание – за шёпотом ветра, взмахи мечей – за пением цикад. Но не давали задремать не они, а длиннохвостая камышовка угуису, где-то там, за лесом заливавшаяся на все лады, будто это была последняя ночь, когда она могла освободить душу. Что ещё могло настолько растревожить сердце воинственной куноичи, как не предвкушение боя, когда на пике возможностей накопленная в теле энергия сможет прорваться чудовищной силы электрическими искровыми разрядами, испепеляющими всё живое, что попадёт в зону их поражения. Не смогла заснуть в эту ночь. Триста часов праздного вытаптывания коридоров и протирания больничных простыней сделали своё дело: сон – единственно сладкая пилюля, что позволяла скоротать время в обители милосердия, и теперь – задолго до расвета набив амуницией макимоно, мечница поджидала своего напарника и заказчика, оседлав толстую ветку дерева и внимая напутственной повести болотной пташки.
       Чвак-чвак, чвак-чвак – торопливые шаги заставляют Ринго отвлечься, и рядом – другие, упругие и выверенные. Двое. Двести метров, слева, там, где заканчивалась мощёная грубым камнем улица и начиналась раскисшая после зимы грунтовка.
       — Наконец-то, – фыркает Амеюри, перекидывает ногу через ветку, подхватывая верёвочные лямки свитка, и бесшумно, как кошка, спрыгивает на землю.
       Минута-две потрачены на сближение с высокорослыми, по сравнению с ней-то, мужчинами: наверняка, проспал Асакура, обнадёженный Мизукаге, а потому – до срока расслабившийся. Однако подковырнуть – святое: всякое ничтожное промедление могло на выходе нарушить планы, начиная с расчётного часа прибытия на Хонмё.
       — Неужто не спалось? – противная морось расползается тёмными пятнами на кофте куноичи, глянцем ложится на бледной коже лица, оседает на волосах и ресницах хрустальными крохотными бусинками, но взгляд владельца шахты намертво прикован только к широкой нахальной улыбке Ринго.
       — А..? А госпожа Мизукаге... сказала, что.., – мечница понимает – мужчина не просто ошеломлён новыми деталями, разительно отличающими подсадную утку от его дочери и вскрывшимися только сейчас, когда деньги уплачены, он в панике и терзает его сейчас только один вопрос "Всё переиграли и Кумико всё-таки придётся поехать в Страну Волка?".     
       — Ты чего так распереживался, господин Асакура? – глаза куноичи угрожающе сужаются, но в голосе пока ещё слышится лишь насмешка – диалог вообще не её конёк, а тут, ко всему прочему, приходится ещё и успокаивать взрослого мужика.
       — Но как же, – растерянно бормочет заказчик, втягивает голову в плечи и резко оседает, будто стремительными вешними ручьями подточенный в основании сугроб, оттопыривает указательный палец и в смятении безрассудно тычет им на рот Ринго, того и гляди, попытается расколупать плотно сжатые губы мечницы, чтобы ещё раз убедиться – не почудилось в кирийском мутном дурмане. – Если Вы ничего не сделаете с этим, Вас же сразу...   
       — Кон-чай ку-да-хтать! – цедит она сквозь зубы и раздражённо отмахивается, лишь слегка задевая руку пожилого мужчины – не те времена, чтобы безнаказанно валить кого-то, да в пределах какурезато. – И, кстати, где повозка-то? Или господин Асакура у нас самостоятельно добирается до дома? – переключаясь на напарника, Ринго бесцеремонно, но бегло рассматривает его снизу до верху, задерживаясь взглядом на лице джонина и эпилогом ухмыляясь. "Ух, ты! Была бы я в половину такой же смазливой, не пришлось бы тому ублюдку язык вырезать до того, как зажарить".
      Ей бы сорваться прямо сейчас, в стремительный марш-бросок, но отсутствие хозяина железных шахт может вызвать недоверие и вопросы у шавки Кодама, а времени – в обрез.

Отредактировано Ринго Амеюри (16.09.18 15:46)

+1

3

Вполне обычная работа, связанная с очередными нарушителями спокойствия, хотя и с некоторыми осложняющими факторами. Ведь куда проще разнести вражеское гнездо и не напрягаться, как по времени, так и по силам. Но миссия была с вынужденным внедрением под прикрытием, да еще и при участии дополнительной головной боли. Одно радовало Касуми во всей этой новости: не надо пытаться скрываться и на том спасибо, очень уж проблематично полностью скрывать хвосты, а с прикрытием лишь сыграть роль.
Но как играть с напарником, при таком характере?
Прибыв к апартаментам, где остановился заказчик, по привычке, заранее, эта мысль не отпускала до самого конца.
Навряд ли такой выбор без стоящих причин. И стоит ли так переживать о решении верхушки?
Слегка провозившись со сборами своего немногочисленного скарба, Асакура наконец вышел. После чего они уже вдвоем направились к воротам, где и следовало встретиться с последним участником предстоящей миссии. В наивном неведении заказчик по началу даже успокаивал своим видом, который выражал гордость за такую находку и уверенность в успехе. Но как же быстро таяла его уверенность. И как ясно отражались на лице, едва скрываемые, сомнения по поводу провальности затеи, по мере приближения к новой «дочери».
В этом солидарен с ним был и Арата. Мечники заслуживают уважения и признания. Но рассуждая здраво: сколько же трудов будет скрыть этот прекрасный «характер» маленькой леди?
Проще перечислить что можно оставить, чем-то, что нужно будет поменять. И ведь дело не только во внешности. К тому же хенге всегда можно сорвать и лучше лишний раз не рисковать, отсюда вывод: есть много работы и мало времени, чтобы успеть по прибытии.
Предоставив спутников на некоторое время друг другу, Касуми отошел на пару метров. После чего, прокусив палец на левой руке и приложив ее к земле, призвал своего единственно постоянного помощника в любой работе. Явившись аккурат к концу вопроса о транспорте Ран стала сама по себе ответом. Огромная белоснежная сова разглядывала своих будущих пассажиров, устрашающе прекрасными глазами хищника.
- Доброе утро, Ринго-сан. Вижу вам не терпится приступить к делу и поскорее переодеться под стать юной невесте. – решил выразить приветствие Арата, не отказав себе в язвительности. Пока Асакура был полностью увлечен птицей, ведь было бы неприлично шутить над соратниками по цеху.
Пожалуй, медлить нет смысла и выдвинемся прямо сейчас? – словно спрашивая у совы вытащил он сверток брезента, которым обычно накрывают палатки, но ныне должен был стать «транспортом для важной персоны.
- Это вынужденные меры, так что постарайтесь сильно не дергаться. И заранее прошу прощения. – обратился Касуми к заказчику, набрасывая на него ткань, - Вы же полетите со мной. – обратился он уже к напарнику, после чего так же резко схватив за талию затащил на сову и, ни секунды немедля убрал руку, дабы не провоцировать лишний раз.
Птица же спокойно взлетела и, подхватив когтями сверток, в котором как груз лежал Асакура, направилась прямиком на остров Хонме.
Путь занял некоторое время, но даже так был куда короче и быстрее чем по морю. Хотя и не все спутники были в восторге от такого перемещения по своим надуманным причинам.
- Думаю вы и так знаете, что парадом командовать вам, Ринго-сан. И с этого момента я полностью в вашем подчинении, по крайней мере, пока это полезно делу. Но прежде попрошу вас перед посадкой оставить все снаряжение здесь и особенно ваши клыки. Сова будет кружить недалеко и по первой же просьбе поддержит, так же как и я, оттого нет повода таскать все с собой и подвергаться лишнему риску. - совсем незадолго до прибытия и будучи, пожалуй, в последний раз в безопасности и наедине Арата решил прояснить со спутницей некоторые нюансы.
По приземлении Касуми направился в дом, где отыскал саму «виновницу» торжества и несколько служанок, которым строго назначил сотворить за несколько часов самое настоящее чудо. Ведь пускай лицом две девушки и походили на сестер, но задача была выдать одну из них замуж, причем не самую опрятную в данный момент. Не успел и закончить юноша, как перед ним промелькнула не очень довольная мечница, которую вели прихорашиваться, взявшиеся с энтузиазмом девушки и Кумико вместе с ними.
Касуми тем временем отпустил сову привычно наблюдать сверху, до момента крайней нужды, после чего она бесшумно скрылась в небе, замаскировав окрас и оставаясь лишь в памяти.
Хисао был слегка недоволен подобным обращением, однако быстро принял натянутое объяснение, про его важность и оттого подобное вынужденное стеснение, ведь не лететь же ему держась за перья и рискуя расшибиться о землю.
Коротая ожидание за чашкой чая, они обсудили вариант легенды и для юноши. Поскольку родного сына у Хисао не имелось, решили взять личность Сатио, его ближайшего племянника, что давно уехал в другую страну и не появился бы случайно на пути. Да и внешность его мало кому известна, особенно спустя столько лет, оттого вариант был вполне подходящий.
Последний час тянулся особенно медленно. Каждая минута растягивалась все дольше и дольше. И, наконец, дверь открылась, но совсем не та.
Гонец Кодамы вошел как к себе домой и не церемонясь начал громко требовать, у ожидающих Касуми и Асакуры, вывести ему девушку немедленно...

+2


Вы здесь » Наруто: печать времени » Территории стран » Страна Волка: "Финальный поклон Кумико"